Ни Советский Союз, ни Россия с Соединёнными Штатами не воевали. Однако в Центральном музее Вооружённых сил в Москве вот уже более полувека выставлены обломки уничтоженного советскими военными американского военного самолёта.

Трофей «холодной войны»

Горячий эпизод «холодной войны» произошёл 1 мая 1960 года, когда весь советский народ отмечал праздник Международной солидарности трудящихся. Но для советских сил ПВО, высшего военного командования и членов Политбюро день этот выдался по-настоящему жарким.
В 5:36 по московскому времени в двадцати километрах юго-восточнее города Кировабада Таджикской ССР на высоте 20 км в воздушное пространство вторгся самолёт-разведчик U-2. Этот «гость» советским военным был уже хорошо знаком, ибо визиты без приглашения он и его «собратья» совершали с июля 1956 года.
U-2, чудо американской техники, был напичкан разведывательной аппаратурой и специально создан для шпионских миссий на территории СССР. Самолёт компании «Локхид» летал на высотах свыше 20 километров и считался практически неуязвимым и не сбиваемым.
Эмоциональный и импульсивный советский лидер Никита Хрущёв приходил в ярость после каждого сообщения о новом визите U-2. Все протесты советской стороны Соединённые Штаты объясняли «распространённой в СССР шпиономанией». И действительно, как доказать национальную принадлежность самолёта, до которого не могут дотянуться средства ПВО?

Охота на «неуязвимого»


А самолёты-разведчики продолжали путешествовать над Советским Союзом, поставляя в Вашингтон информацию о военном и промышленном потенциале СССР.
Вот и 1 мая 1960 года U-2, поднявшись с базы в пакистанском Пешаваре, собирался пролететь по маршруту Аральское море – Свердловск – Киров – Архангельск – Мурманск, после чего приземлиться на базе Буде в Норвегии.
Как и в предыдущих случаях, с советских аэродромов поднимались самолёты-перехватчики, которые никак не могли достать нарушителя. По маршруту следования U-2 нашли только один советский самолёт, который способен был догнать нарушителя на 20-километровой высоте — Су-9, находившийся на аэродроме близ Свердловска. Однако самолёт этот перегонялся с авиазавода, не имел вооружения, а пилот его не имел костюма для полётов на подобных высотах.
Тем не менее, военное командование выдвинуло план — лётчик на Су-9 настигает U-2 и идёт на таран. В этих условиях у советского пилота не оставалось ни шанса на выживание. Лётчик Игорь Ментюков, которому была уготована участь камикадзе, имел право отказаться — в конце концов, дело происходило не в военное время. Однако пилот, попросив только позаботиться о его семье (жена Игоря в этот момент ждала ребёнка), отправился в погоню.
К сожалению или к счастью, но точно навести Су-9 на цель не удалось. Истратив топливо, самолёт вернулся на аэродром.

Но уверенность в собственной неуязвимости лишила американцев осторожности. U-2 пролетал в зоне действия новейшего зенитно-ракетного комплекса С-75 «Двина». У этого комплекса была серьёзная слабость — небольшая дальность поражения, не превышавшая 30 километров. Но в 8:50 утра разведчик оказался в зоне поражения «Двины», входившей в состав 2-го зенитного ракетного дивизиона под командованием майора Михаила Воронова.
В 8:53 U-2 был сбит. Но несовершенство техники не позволило сразу определить, что цель поражена. В результате был произведён второй залп, который пришёлся по одному из советских истребителей, преследовавших нарушителя. Так погиб советский лётчик Сергей Сафронов.

Откровения парня из Кентукки.


Обломки американского самолёта-шпиона U-2, сбитого над Свердловском
В это время пилот нарушителя благополучно приземлился в деревне Косулино Свердловской области, где колхозники собирались отмечать Первомай. Поначалу пилота приняли за своего, но тот произнёс фразу на непонятном языке, и это насторожило местных.
Лётчика доставили в контору местного совхоза, предварительно отобрав найденные у него пистолет и нож. Впрочем, неизвестный вёл себя мирно, не сопротивлялся и предпочитал молчать.
По звонку колхозников прибыли военные, которые и отправили живой «трофей» в Москву.
30-летний американский лётчик Фрэнсис Гэри Пауэрс хранил молчание лишь до тех пор, пока не оказался в руках официальных лиц. Дальше он стал говорить охотно и откровенно.


Сын шахтёра из штата Кентукки после окончания колледжа подался в армию, где после окончания школы ВВС готовился к участию в Корейской войне. Однако на фронт Пауэрс не попал по причине аппендицита, после чего вместо Кореи служил на различных базах ВВС США. Там его, опытного пилота, и завербовало ЦРУ. Пауэрс честно признался, что пошёл в пилоты-разведчики из-за денег. Вместо 700 долларов, которые он получал в ВВС, он стал получать 2500 долларов. За такой оклад можно было и рискнуть. Хотя в подразделении «10-10», осуществлявшем полеты над территорией СССР, были убеждены, что риск минимален — U-2-то неуязвим. Ошибочность этой теории Пауэрс понял, только раскачиваясь под куполом парашюта над Уралом.
Играть в героя, умирающего за Америку, Пауэрс не захотел. Оказавшись на земле, пилот не стал ни палить в местных жителей из пистолета, ни пытаться подкупить их при помощи советских денег, которыми его предусмотрительно снабдили. Более того, при обыске он выдал отравленную иглу, которая была спрятана в воротнике его лётного костюма. Игла с ядом кураре предназначалась для пилота, дабы он «не угодил в лапы КГБ».

Вот вы и попались, господин Эйзенхауэр!


Суд над американским летчиком Пауэрсом
Никита Хрущёв ликовал — в его руках оказались не только обломки американского самолёта-разведчика, но и пилот, который честно признаётся в своей шпионской деятельности.
Американская сторона после исчезновения самолёта запустила заранее заготовленную легенду — рейсосуществлялся НАСА в научных целях и пропал над территорией Турции из-за технических проблем.
Никита Хрущёв в своём официальном выступлении объявил — над СССР сбит американский самолёт-шпион. Но при этом о том, что лётчик жив, ничего говорить не стал.
Для этой ситуации у ЦРУ тоже был заготовлен ход. В западных СМИ началась кампания на тему того, что помешанные на шпиономании русские уничтожили самолёт НАСА и погубили мирного учёного. С заявлением такого содержания выступил и президент США Дуайт Эйзенхауэр.


И здесь настал час триумфа Хрущёва — миру предъявили живого пилота Пауэрса, который журналистам всего мира поведал, кто он, откуда и что за «метеорологические исследования» американцы вот уже четыре года проводят над территорией СССР.
Это была даже не пощёчина. Такого унижения Дуайт Эйзенхауэр, герой Второй мировой войны, не испытывал за всю свою жизнь. У Эйзенхауэра была репутация честного человека, и он не раз спрашивал у руководства ЦРУ — а что будет, если русские нас поймают? В ЦРУ, как ни удивительно, полагались на то, что такого никогда не произойдёт. И теперь, по милости разведчиков, репутация Эйзенхауэра была разрушена в один момент. Президент США сорвался — в очередной речи он не стал приносить извинений, а пообещал продолжить разведывательную деятельность против СССР.

Посмертная награда.


В этом проявилась сущность Америки, которая многие десятилетия существует в убеждении, что ей можно больше, чем другим. В Вашингтоне полагали, что имеют право окружить СССР военными базами и отправлять самолёты-разведчики в воздушное пространство Советского Союза. А вот когда разведчика сбивают, да ещё тыкают им в нос — это оскорбление Соединённых Штатов, нарушение мирового порядка и международных норм!
Никита Сергеевич Хрущёв, убедившись, что Эйзенхауэр извиняться не собирается, высказал в адрес США немало тёплых слов, и наметившееся было потепление в отношениях двух стран сменилось новым охлаждением. Было сорвана встреча в верхах.
Что касается самого Гэри Пауэрса, то его судили показательным судом, приговорив к 10 годам лишения свободы за шпионаж, и отправили отбывать наказание в знаменитый «Владимирский централ». Отсидел он полтора года, а затем был обменян на советского разведчика Вильяма Фишера (он же Рудольф Абель).

Возвращение Пауэрса на Родину не было триумфальным — многие открыто бросали ему обвинения в предательстве. Пауэрс, завязав со шпионской деятельностью, продолжал работать пилотом.
1 августа 1977 года вертолёт агентства радиотелевизионных новостей KNBC в Лос-Анджелесе, который пилотировал Пауэрс, работал на съёмке лесных пожаров. При возвращении на базу произошёл отказ техники, и вертолёт разбился. Эксперты, расследовавшие аварию, установили, что у Пауэрса был шанс спастись, однако он принял решение увести падающий вертолёт от площадки, где играли дети.
О Пауэрсе вспомнили в начале XXI века, когда на его родственников обрушился целый поток посмертных медалей. В 2012 году его наградили третьей по значимости американской наградой — «Серебряной Звездой» — за то, что Пауэрс «стойко отверг все попытки получить жизненно важную информацию об обороне или быть эксплуатируемым в целях пропаганды».
Как все было на самом деле, в США успели позабыть, а «Серебряная Звезда», которой Пауэрс был награждён посмертно, — это тоже эксплуатация в целях пропаганды, только теперь уже современной американской.
Программа разведывательных полётов U-2 над территорией СССР была свёрнута. С появлением спутников-шпионов необходимость в ней резко уменьшилась. А Соединённые Штаты история с самолётом-разведчиком, сбитым 1 мая 1960 года над Уралом, ничему не научила. Принцип «Нам можно то, что нельзя другим» по прежнему определяет американскую политику на мировой арене.

Источник