Кто из читателей слышал от предков (а не прочитал в книжке), что до 1940 года была рабочая шестидневка с фиксированными по числам днями отдыха, приходящимися на разные дни семидневной недели? Мало кто. А ведь в 1940 году это знал каждый. Эта статья о том, что все позабыли: о регулировании рабочего времени в СССР…

При проклятом царизме
Царская регуляция рабочего времени относилась, при некоторых исключениях, лишь к промышленным рабочим (и то так называем цензовым, то есть с исключением мельчайших предприятий) и горнорабочим.
Рабочий день был ограничен 11.5 часами, предполагалась стандартная семидневная рабочая неделя с одним днем отдыха в воскресенье, при этом перед воскресеньями и праздниками предусматривался 10–часовой рабочий день (так называемые канунныедни).
Праздников, приходящихся на любой день недели, было 13, кроме того, еще 4 праздника всегда приходились на будние дни. Оплачиваемый отпуск не предусматривался. Таким образом, на средний невисоскосный год приходилось 52.14 воскресенья, 4 праздника, всегда приходящихся на будни, и еще 11.14 праздничных дня, попавших не на воскресенье, итого в году получалось 297.7 рабочих дней.

Из них 52.14 были субботними, а еще 7.42 создавались подвижными праздниками, не прилипшими к воскресенью. Итого, 59.6 рабочих дней было короткими, и 238.1 длинными, что дает нам 3334 нормативных рабочих часа в году.
На самом деле, в промышленности работать так много никто уже не был согласен, да и фабриканты понимали, что люди будут трудиться эффективнее, если предоставить им больше времени для отдыха.
В среднем в началу Первой мировой войны на заводах работали 275–279 дней в году, по 10–10.5 часов (различные исследования давали разные результаты), что дает нам приблизительно 2750 — 2930 часов в год.
Временное правительство. Ранняя Советская власть: военный коммунизм и НЭП
Временное правительство с мая 1917 года попало в руки социалистов, десятилетиями обещавшими трудящимся восьмичасовку. Социалисты не изменили свой курс, то есть продолжали обещать восьмичасовку в неопределенном будущем, которое (для Временного правительства и эсеров) так и не наступило.
Всё это имело мало значения, ибо промышленность разваливалась, а рабочие обнаглели и не слушались начальства; к концу лета 1917 года по факту никто не работал более 5–6 часов в день (ну а выработка была такая, как если бы работали 3–4 часа).
Уже 29 октября 1917 года большевики выполнили один из главных пунктов своей дореволюционной программы — особым декретом провозгласили восьмичасовой рабочий день, то есть получилась семидневная неделя с одним выходным днем и с восьмичасовым рабочим днем. Кодекс законов о труде 1918 года еще более расширил эти положения.

Был введен месячный оплачиваемый отпуск; а между окончанием рабочего дня в субботу и началом в понедельник должно было быть 42 часа, что при односменной работе с обеденным перерывом давало пятичасовой рабочий день в субботу; перед праздниками рабочий день сокращался до 6 часов.
Количество праздников уменьшилось до 6, все на твердую дату, это были знакомые нам Новый год, 1 мая (день Интернационала) и 7 ноября (день Пролетарской революции) и совсем незнакомые: 22 января (день 9 января 1905 года (sic!)), 12 марта (день низвержения самодержавия), 18 марта (день Парижской Коммуны).
При методике расчета, показанной выше, в средний год, с учетом отпуска и сокращенных дней, выходило 2112 часов, на 37% меньше, чем по царскому Уставу о промышленности, на 25% меньше, чем в царской России работали реально. Это был большой прорыв, если бы не одно неприятное обстоятельство: реальная промышленность не работала вообще, работяги разбегались из городов и помирали с голоду. На фоне таких событий писать в законе можно было что угодно, только бы немножко порадовать опорный класс.
Так как народ той эпохи был еще сильно привержен религиозным праздникам, но упоминать это в законе большевикам было неприятно, их переименовали в особые дни отдыха, каковых полагалось 6 в году. Дни назначались на любые даты по усмотрению местных властей; если эти дни оказывались религиозными праздниками (что неизменно и происходило в действительности), то их не оплачивали; поэтому мы не включаем добавочные праздники в наши расчеты.
В 1922 году промышленность начала потихоньку оживать, а большевики потихоньку одумываться. По КЗоТу 1922 года отпуск был сокращен до 14 дней; если на отпуск приходились праздники, он не удлинялся. Это увеличило годовую норму рабочего времени до 2212 часов в год.
С этими нормами, достаточно гуманными для эпохи, страна и прожила весь НЭП.


В 1927–28 годах 1 мая и 7 ноября получили второй добавочный выходной день, что уменьшило рабочий год до 2198 часов.
Кстати, большевики на этом не остановились и обещали народу большее. Торжественный юбилейный «Манифест ко всем рабочим, трудящимся крестьянам, красноармейцам Союза ССР, к пролетариям всех стран и угнетенным народам мира» 1927 года обещал в скорейшем времени переход на семичасовой рабочий день без уменьшения оплаты труда.
Великий перелом и первые пятилетки
В 1929 году большевиков, на фоне происходящего Великого перелома, обуяла страсть к экзотическим экспериментам с сфере регулирования рабочего времени. В 1929/30 хозяйственном году страну начали энергично переводить на непрерывную рабочую неделю с одним плавающим выходным днем в пятидневку и семичасовым рабочим днем (НПН).
Это была самая странная реформа табель–календаря, которую только можно представить. Связь семидневной недели и трудового расписания была полностью прервана. Год был разделен на 72 пятидневки и 5 постоянных праздников (22 января, теперь называвшееся Днем В.И.Ленина и 9 января, двухдневное 1 мая, двухдневное 7 ноября).
День низвержения самодержавия и день Парижской Коммуны были отменены и забыты народом навсегда. Новый год стал рабочим днем, но остался в народной памяти. Дополнительные неоплачиваемые религиозные праздники также были отменены навсегда.
Ни один день в пятидневке не был общим выходным, трудящиеся разделялись на пять групп, для каждой из которых выходным был один из пяти дней по очереди. Рабочий день стал семичасовым (это обещалось ранее, но никто не ожидал, что семичасовка придет вместе с такой путаницей).
Отпуск был зафиксирован как 12 рабочих дней, то есть сохранил продолжительность. Минимальная продолжительность воскресного отдыха была уменьшена до 39 часов, то есть канунные дни при односменной работе исчезли. Всё это привело к тому, что в году теперь было 276 7–часовых рабочих дней, дававших 1932 рабочих часа в год.

Советский календарь на 1930 год. Цветом выделены разные дни пятидневной недели, однако традиционные семидневные недели и число дней в месяцах сохранились.
Пятидневку ненавидели и в народе, и на производстве. Если у супругов день отдыха приходился на разные дни пятидневки, они не могли встретиться друг с другом в выходной день.
На заводах же, привыкших к закреплению оборудования за определенными рабочими и бригадами, теперь на 4 станка приходилось 5 рабочих. С одной стороны, эффективность использования оборудования теоретически увеличивалась, но на практике произошла также и потеря ответственности. Всё это привело к тому, что пятидневка продержалась недолго.
С 1931 года страну начали переводить на шестидневную рабочую неделю с пятью фиксированными днями отдыха в месяц и семичасовым рабочим днем. Связь рабочей недели и семидневки по–прежнему была потеряна. В каждом месяце выходными были назначены 6,12, 18, 24 и 30 числа (а значит, кое–какие недели на самом деле были семидневными). От праздников по–прежнему оставались 22 января, двухдневный Первомай и двухдневные Ноябрьские.
При шестидневке в году оказалось 288 рабочих дней по 7 часов, что давало 2016 рабочих часов. Большевики признали, что рабочий день увеличен, но клялись пропорционально (на 4.3%) увеличить и оплату труда; на практике это не имело значения, так как цены и зарплаты в ту эпоху росли очень быстро.
Шестидневка смогла несколько уменьшить чертову путаницу с табель–календарем и более или менее (по факту, на нее перевели около половины трудящихся) прижилась. Так, с довольно коротким номинальным рабочим днем, страна прожила первые пятилетке.
Надо, разумеется, понимать, что в действительности картина была не столь радостной — типичная для эпохи штурмовщина обеспечивалась за счет непрерывных и длительных сверхурочных работ, которые из неприятного исключения постепенно стали нормой.
Зрелый сталинизм
В 1940 году эпохе относительно либерального трудового права настал конец. СССР готовился к завоеванию Европы. Уголовные наказания за опоздания, запрет на увольнение по собственному желанию — разумеется, эти меры выглядели бы странно без сопутствующего увеличения трудовой нагрузки.

26 июня 1940 года переход на семидневную рабочую неделю. Этот призыв ко всем трудящимся СССР прозвучал на IX пленуме Всесоюзного Центрального Совета Профессиональных Союзов. Помимо семидневки в ходе пленума также было предложено ввести восьмичасовой рабочий день.
С 1940 года была введена семидневная неделя с одним выходным днем и с восьмичасовым рабочим днем. Праздничных дней стало 6, к старым праздникам добавился день Сталинской Конституции, 5 декабря. Укороченные предпраздничные дни, сопровождавшие семидневку до 1929 года, не появились.
Теперь в году оказалось 2366 рабочих часов, аж на 17% больше, чем ранее. В отличие от предшествующих эпох, власти не извинялись по этому поводу перед народом и ничего не обещали. С этим простым и понятным календарем, давшим исторический максимум (для СССР) рабочего времени, страна прожила до полной гибели сталинизма в 1956 году.
В 1947 году, на фоне общего возврата к национальной традиции, праздничный день 22 января заменили на Новый год.

Хрущевская и брежневская эпохи
В 1956 году справившийся с сопротивлением элит Хрущев открыл новую страницу — трудовое право снова резко смягчилось. С 1956 года страна перешла на семидневную рабочую неделю с одним выходным днем и с семичасовым рабочим днем; на практике переход занял 3–4 года, но зато он был полным.
Кроме семидневки, страна получила новое смягчение — все предвыходные и предпраздничные дни были сокращены на два часа. Праздники остались те же. Это привело к резкому сокращению рабочего времени, в году теперь было 1963 рабочих часа, на 17% менее. В 1966 году к праздникам добавились знакомые нам 8 марта и 9 мая, что сократило рабочий год до 1950 часов, то есть почти что до времен полузабытой пятидневки.

И наконец, в 1967 году, уже при Брежневе, произошла самая принципиальная из реформ, давшая знакомую всем нам сегодня форму рабочего расписания: была введена семидневная рабочая неделя с двумя выходными днями и восьмичасовым рабочим днем.
Хотя рабочая неделя имела 5 рабочих дней по 8 часов, ее продолжительность составляла 41 час. Этот лишний час складывался, и образовывал за год 6–7 ненавистных народу черных (то есть рабочих) суббот; на какие именно дни они приходились, решали ведомства и местные власти.
Продолжительность рабочего года немного выросла и составляла теперь 2008 часов. Но народу реформа все равно нравилась, два выходных — сильно лучше, чем один.
В 1971 году был принят новый КЗоТ, содержавший одну приятную новацию: отпуск был увеличен до 15 рабочих дней. Теперь в году было 1968 рабочих часов. С этим трудовым правом Советский Союз и доехал до своего распада.

Для справки: сегодня, благодаря сокращению рабочей недели до 40 часов, увеличению отпуска до 20 рабочих дней, а праздников до 14 дней, которые всегда приходятся не на выходные, мы работаем 1819 часов в средний не високосный год.

Источник