Те, кто прошел крещение буднями студенческого и школьного «колхоза», «овощебазой» и «картошкой» во время работы в государственных учреждениях, иногда с ностальгией вспоминают те годы.

А в Узбекистане до сих пор существует трудовая повинность по сбору хлопка, и жители этой страны не страдают по ушедшей эпохе — в некотором роде время для них остановилось.

Колхоз, или вольница старшеклассников и студентов

Ездить «на картошку», «на морковку» или на «помидоры» начинали буквально 6-х классов школы. Малышей сначала вывозили на 1 день. Конечно, под присмотром взрослых преподавателей или вожатых. Как пололи и собирали дети эти несчастные овощи, можно лишь представить! жители города вряд ли могли отличить морковку и свеклу от сорняка, и часть будущего урожая было непременно загублено. Зато было весело!
Старшеклассники уже ездили надолго — бывало, если урожай был велик, начало учебного года сдвигалось на месяц.

Под жилье старшеклассникам, а потом и студентам, отводили бараки, здания детского сада или пустующую летом школу. Это фото-старшеклассников Базар-Кургановского р-на Ошской области Киргизской СССР. Дети жили в здании детского сада, готовили еду в большом казане — для этого назначались дежурные. Бытовые условия везде были разными — в некоторых местах детям разрешали ходить в местную баню, иногда гигиену поддерживали мытьем в реке или арыке (как в этой школе).
Были определены и нормы сбора хлопка — 45 кг в день. Чтобы набрать такое количество хлопка, приходилось работать в 2 смены с перерывом на обед. По воспоминаниям, если норма не была выполнена, учителя оставались с детьми в поле и при свете фонарика добирали нужное количество. Тех, кто уклонялся от сбора или регулярно не сдавал норму, пропесочивали на комсомольских собраниях.

Поездки в «колхоз» были обязательны и для студентов. У них учебный год также начинался не раньше октября. На 100-120 студентов приходилось 4-5 преподавателя, 2 из которых были мужчинами. Они помогали справляться женской части преподавательского состава с ордой диких первокурсников.
Жили в бараках, в клубе, на поля ездили на бортовых машинах, в кузове которых стояли скамейки.

Инструктаж по приезде
Работа была достаточно тяжелой, но никто не унывал. Также не особенно сетовали на полное отсутствие удобств. Городские неженки, хоть и непривычные к туалетам «типа сортир», забывали обо всем, когда заканчивался трудовой день и начиналась романтика.

Именно романтику и вспоминают бывшие студенты и школьники, давно ставшие родителями. Многие из них познакомились как раз «на картошке» студентами.

В «колхозе» можно было в неформальной обстановке получше узнать своих сокурсников. И преподавателей тоже. Это потом здорово пригождалось в дальнейшей учебе. Помимо садово-огородных работ, некоторые ВУЗЫ собирали стройотряды, которые строили коровники, занимались другими работами. Кстати, за всю работу платили, и некоторые студенты весьма прилично зарабатывали за время подобной пахоты.


По вечерам были дискотеки или просто посиделки с гитарами.


Молодые специалисты по окончанию института тоже ездили «в колхоз». Большинство из них не было обременено семьей и детьми, поэтому таких посылали в первую очередь. Там же молодые люди знакомились, влюблялись и, порой, по окончанию «страды» подавали заявление в ЗАГС.

Все были молоды, и никого не пугали ни огромные телогрейки и кирзовые не по размеру, ни дощатый туалет на улице с дырками в задней стенке, холодный душ и армейские умывальники, вода которых в октябре была особенно освежающей.


Взрослые специалисты тоже ездили в колхоз. Некоторые воспринимали это как отдых от семейной жизни, другие — просто как трудовую повинность, от которой невозможно было отвертеться. В колхозе кормили бесплатно, а на работе за это время начисляли среднюю зарплату. По желанию туда можно было поехать хоть на целый месяц — начальство было довольно, если разнарядка выполнялась. Откосить от этой обязанности могли женщины с маленькими детьми, студенты-вечерники, сдающие сессию, больные и пожилые люди.

В отличие от поездки в «колхозы», на овощебазы ездить не любил никто. Хотя они располагались неподалеку от города, и работа на них была ограничена несколькими днями, само пребывание там не вызывало восторга. Отработка на овощебазах также была обязательно-добровольно для работников государственных предприятий. Каждая организация была прикреплена к одной из многочисленных баз города., откуда ежемесячно приходили разнарядки на шефскую помощь.

Базы работали круглосуточно, в три смены, первая из которых начиналась в восемь утра и тянулась до четырех. За работу в первую смену отгулов не давали — она считалась равноценной основной работе. Вторая смена была даже предпочтительнее — на базе редко задерживали допоздна, а у работников «умственного труда» высвобождалось утро. Осенью, в дни завоза нового урожая, помощь требовалась круглосуточно, но далеко не все сотрудники хотели оставаться на базе в ночь. В ход шли посулы, угрозы, и, наконец, начальство стало давать по 3 отгула за 1 ночь работы. В некоторых НИИ для таких дел стали брать на работу полуграмотных мужиков, которые тянули лямку физического труда, освобождая научных работников от этой повинности.

Работа на базе также оплачивалась, но по мизерным расценкам. Впрочем, даже эти небольшие деньги приплюсовывались к зарплате сотрудника. Те, кто работал в неурочное время, выплачивалась 2-я ставка — это было существенным подспорьем для институтского работника.

Если в России давно нет обязательного сбора урожая для студентов, школьников и специалистов государственных учреждений, в некоторых странах бывшего СССР эта традиция не только сохранилась, но и процветает. Впрочем, республики, в которых выращивали хлопок, всегда жили по отдельному закону. Студенты Узбекистана, к примеру, в годы СССР уезжали на сборы не на 1 месяц, а с начала сезона вплоть до декабря. За неявку могли сразу отчислить из института. Освобождение от сборов могли получить только серьезно больные, беременные на последних сроках. Норма сбора была 60-80 кг чистого хлопка и менялась в зависимости от поля и сезона. Все данные фиксировались и ежедневно освещались на досках почета.
Во время сбора урожая в Узбекистане было сложно добраться на рейсовом автобусе из города в город. Все ЛИАзы, Икарусы, ЛАЗы трудились на вывозе на поля горожан. Помимо студентов на сборе хлопка работали и все остальные труженики города — для них были обязательными выезды на сбор урожая в выходные дни.

В Узбекистане до сих пор существует обязательный труд по сбору хлопка. Причем, на него отправляли всех подряд — невзирая на должность и состояние здоровья. Освобождение получали беременные и кормящие матери. К сбору хлопка привлекают и студентов, и старшеклассников. Нессотря на принятые законы, университеты и школы в период сбора урожая не работают- все, включая учащихся и преподавателей, находятся на полях. Норма сбора для горожанина составляет от 60 кг. Люди также вынуждены платить за проживание и питание.
Международные организации, производящие одежду, объявили бойкот узбекскому хлопку из-за использование детского труда. В нынешнем году студентов и школьников вернули к занятиям, а сбор хлопка выполняют безработные. За 1 кг собранного «белого золота» им заплатят 450 узбекских сумов (это около 0,055 долларов США). 

Источник