Шла Миллерово-Ворошиловградская наступательная операция. Войска Юго-Западного фронта под командованием генерала Ватутина, преодолевая сопротивление оперативной группы «Холлидт», наступали к Северскому Доцу.
11 января 1943 года командующий 3-й гвардейской армией Юго-Западного фронта генерал Лелюшенко приказал 8-му гвардейскому танковому корпусу овладеть сильным опорным пунктом фашистов в хуторе Дядине неподалёку от города белая Калитва Ростовской области.
Противник группами танков и мотопехоты оказывал сильное сопротивление, контратаковал наши подразделения во фланги, но сдержать наступление наших войско уже не смог, и к 10 часам утра 12 января хутор Дядин был освобожден.

2-й батальон майора Ключиева из 58-й механизированной бригады получил приказ: выдвинуться западнее хутора в степь и там соединиться с танками 2-го танкового корпуса, чтобы вместе развивать наступление на хутор Поцелуев.
Однако внезапно с тыла, откуда меньше всего ожидали, появились 20 немецких танков. Положение батальона мотострелков стало критическим. Немцы явно стремились сбросить советских солдат в Северский Донец и уничтожить их на разбитом льду. Сопротивляться в открытой степи такой силе было почти невозможно, так как в батальоне не было своих орудий, а на бросок гранаты немцы бы никого не подпустили.
И тогда к наступавшим танкам короткими перебежками устремился один человек с противотанковым ружьем в руках. Это был Фёдор Старцев. Мало кто знал его по имени, потому что в часть он прибыл буквально за пять дней до этих событий.
Родился Фёдор Григорьевич Старцев в 1908 году в селе Курашим Курашимской волости Пермского уезда. В сентябре 1942 года Старцев был призван в армию с завода имени Ленина в городе Молотов (так тогда называлась Пермь), где он до этого работал слесарем. В первый год его никто не призывал – слесаря нужны были не меньше, чем солдаты, да и возраст в 35 лет по тем временам был довольно солидным. Но тогда, в сентябре 42-го, когда в самом разгаре была Сталинградская битва, призвать пришлось всех, кого ещё не призвали.

В запасном полку Фёдор Старцев прошёл подготовку и получил специальность бронебойщика. Однако бронебойщиком его не назначили – в расчёт ПТР он был лишь вторым номером, и в его задачу входило лишь подавать патроны, да носить следом за бронебойщиком ящик с боеприпасами. Но за день до этого легендарного боя сержант Егоров, бывший первым номером в этом расчёте, был ранен, и Старцев остался в расчёте один. Это был его первый бой!

Старцев сразу оценил ситуацию и нашел единственно верный выход. Он увидел, что прямо по ходу немецких танков их путь пересекает узкий овраг с крутыми склонами. В неглубокой промоине и залег Старцев, оставаясь невидимым для противника. А танки на полном ходу уже подлетали к оврагу. Видимо, немцы предвкушали лёгкую победу над беспомощными русскими. Завидев овраг, стальная лавина резко замедлила ход, а затем танки стали разворачиваться, выискивая удобный проход через овраг.
Вот тогда и заговорило ПТР Старцева. С близкого расстояния он произвёл несколько выстрелов из ружья по бортам танков. Первые четыре машины остановились и начали дымить. Раздались еще несколько глухих хлопков, и еще три танка были подбиты. Старцев быстро сменил позицию, и вовремя, потому что его уже засекли, и овраг буквально залил ливень свинца и осколков.
Видно было, что танкисты по радио потребовали от своей пехоты прочесать овраг и убедиться, что оттуда уже нет опасности. Но тут уже наша пехота своим огнем отсекла наступающие немецкие порядки. Укрываясь дымом, Фёдор Старцев добрался до полого склона, где танки могли преодолеть овраг, и снова залёг.

Когда огонь стих, танки снова пошли вперед и стали один за другим спускаться в овраг именно там, где и залег Старцев. Не встретив противодействия, первый из них уже стал выходить на открытую местность, прямо перед нашей залегшей пехотой. И тут снова зазвучали выстрелы Противотанкового ружья. Два головных танка остановились, загораживая дорогу остальным, а тем временем вспыхнули и два танка в хвосте колонны.
Уцелевшие танки внезапно заметались в разные стороны, ведя беспорядочную стрельбу. Это на них устремились советские «тридцатьчетвёрки», которые подошли к полю боя. Поединок, который длился 30 минут, закончился. 11 горящих и подбитых немецких танков стали результатом легендарного боя одного бронебойщика. А сам он в этом бою остался цел и невредим.
Спустя неделю, а именно 18 января 43-го года, в районе станицы Калитвенской был бой. И снова бронебойщик Старцев и его противотанковое ружье Дегтярева сказали своё веское слово: они сожгли еще четыре машины. Четвертый танк, уже горевший, обрушился на позицию стрелка. Уральский рабочий, пермяк Фёдор Старцев погиб под гусеницами подбитой им вражеской машины.
Осенью 43-го года красноармейцу Фёдору Григорьевичу Старцеву было присвоено звание Героя Советского Союза.
Вечная Cлава Герою!

Источник